Дочь Ельцина вспоминает отца.

Журнал “Медведь”: Известно, что к началу предвыборной кампании у президента страны рейтинг был 5 процентов, но в конце концов Ельцин победил Зюганова, набрав 54 процента голосов. Я думаю, в истории предвыборных кампаний это уникальный результат. Что удалось сделать кандидату, чтобы так изменить ситуацию? Что советовала ему аналитическая группа? И в чем состояла ваша роль конкретно?

Татьяна Ельцина: Папе нужно было поломать сценарий, который предлагал старый штаб и который ему, честно говоря, был близок и уже привычен: президент приезжает в регион, встречается с партхозактивом и уезжает. Считалось, что после такого посещения люди проголосуют за действующего президента, потому что народ всегда голосует за власть. Социологические исследования показали, что это не работает: в каждом регионе, куда отправлялся президент, были свои проблемы. Нужно было менять формат встреч. Папа понял, что лучше поверить молодой команде, которая собралась вокруг Чубайса, их нестандартным советам и непривычным для него идеям, и не надеяться на советы близких ему в тот момент людей, которые ничего не понимали в технологии выборов. С папой в еженедельном режиме встречались Илюшин и Чубайс, докладывали о предложениях аналитической группы. А я рассказывала ему каждый день, чаще всего утром, за завтраком, как проходили наши заседания, почему мы пришли к такому предложению, а не к этому, пересказывала споры, которые происходили на наших заседаниях, в общем, он был в курсе всех деталей. И поэтому ему было гораздо легче понять логику предвыборных шагов, предлагаемых аналитической группой. Я могла говорить ему нелицеприятные вещи, которые любому члену аналитической группы говорить было труднее.

Для меня это было уникальнейшей школой. Я помню, как меня поразил Анатолий Чубайс — умный, спокойный, хладнокровный, но по-человечески эмоциональный, теплый, отсекающий все лишнее, несущественное ради главной цели. Помню, как он вел сложнейшие совещания, где до криков, ругани шли споры. И он в конце спокойно и жестко прекращал все дискуссии и чеканил: принимается вот такое решение, все будет вот так. Честно говоря, я была им очарована. Для меня это был совсем новый круг людей: в группе собрались лучшие аналитики, лучшие телевизионщики, лучшие рекламщики, лучшие социологи страны. Самое ценное, что я приобрела за время предвыборной кампании, — общение с блестящими, яркими, талантливыми людьми — Игорем Малашенко, одним из создателей НТВ, Александром Ослоном, дававшим нам точнейшие социологические данные, Егором Гайдаром, который периодически приходил на наши заседания и рассказывал о своем взгляде на текущую экономическую ситуацию… Членами аналитической группы были Виктор Илюшин, Василий Шахновский, Сергей Зверев, Сергей Шахрай, Георгий Сатаров… Или, например, Юрий Заполь, Михаил Лесин, Глеб Павловский, Сергей Лисовский и еще много других блестящих людей, тех, кто не входил в аналитическую группу, но практически работал с ней каждый день. Знакомство и работа с ними были бесценным опытом.

Поэтому вполне логично, что после победы на выборах папа захотел, чтобы я и дальше ему помогала. Правда, мое назначение состоялось позже — возникли более существенные, непредвиденные проблемы. Папе была необходима срочная операция на сердце, затем достаточно долго проходил процесс реабилитации. А в марте 1997-го я была назначена советником президента. У меня появился свой кабинет в Кремле.

Нет комментариев »

Еще нет комментариев.

RSS лента комментариев к этой записи. TrackBack URL

Оставить комментарий

Имя (обязательно)

Почта (не показывается) (обязательно)

Сайт